Производителей продуктов питания хотят обязать маркировать упаковку надписью «Продукт содержит ГМО», если таковые в продукте имеются. Соответствующий законопроект внес сегодня в Госдуму депутат-«справоросс» Антон Беляков. По его мнению, существующее положение вещей ущемляет его «конституционное право на здоровье».

Площадь надписи, согласно законопроекту, должна быть не менее 20% от рекламной площади упаковки. Депутат считает, что отсутствие подобной информации вводит покупателей в заблуждение и нарушает право потребителей на получение достоверной информации об употребляемых ими продуктах. Отсутствие информации о наличии в составе продукта ГМО лишает покупателей права выбрать для себя и своей семьи натуральный и безопасный продукт.

«Несмотря на тот факт, что использование достижений генной инженерии позволяет повышать эффективность производства, мы должны признать, что влияние ГМО на организм человека до конца не изучено, и существует большое количество авторитетных исследований, доказывающих их губительное воздействие на здоровье человека, - говорит депутат. - Российское законодательство обязует производителей маркировать продукты питания, только если в их составе содержится 0,9% и более компонентов, полученных с применением ГМО. А что, если я хочу, чтобы моя семья употребляла только натуральные продукты, не содержащие даже 0,1% ГМО? Законодательство лишает граждан возможности узнать об истинном составе продукта, а значит, препятствует реализации права на здоровье, закрепленное в Конституции», - возмущается депутат.

Еще большее негодование «справоросса» вызвал тот факт, что действующее законодательство дает производителям, продукты которых содержат менее 0,9% ГМО, ставить на продукте пометку «Не содержит ГМО». «Кроме как обманом это я никак не могу назвать. Получаются, что мы покупаем продукты со следами и примесями ГМО, даже не догадываясь об этом», - говорит он.

Депутат ссылается на данные научных исследований: например, в Германии проводили опыты на крысах, которых кормили ГМ-кукурузой, и 60% новорожденных крысят погибли в течение нескольких дней, 40% отставали в развитии, а выжившие крысята во втором поколении потомства не давали.