На этой неделе «большая тройка» может объявить о получении разрешений на запуск услуг связи третьего поколения (3G) в Москве (см. статью на с. 1). Для «МегаФона» эта новость особенно актуальна, в компании принято решение отказаться от строительства своей фиксированной сети доступа в Интернет и развивать бизнес на мобильной инфраструктуре. О планах оператора по развертыванию сети 3G в России, о том, какие активы интересуют компанию и сколько она займет на покупки на рынке капитала, в интервью корреспонденду РБК daily АЛЕКСАНДРУ ДЕМЕНТЬЕВУ рассказал гендиректор «МегаФона» СЕРГЕЙ СОЛДАТЕНКОВ.

Третье поколение пришло в Москву

— Как вы оцениваете итоги третьего квартала для сотового рынка в целом и для «МегаФона» в частности?

— В третьем квартале впервые в период кризиса мы зафиксировали стабилизацию голосового трафика. Ранее он сокращался, так как пользователи старались экономить на звонках. А точкой роста по-прежнему остается передача данных. Мы предприняли ряд шагов по стимулированию продаж модемов. Только в сентябре их продано 120 тыс. шт., в основном домашним пользователям услуг доступа в Интернет. Продажи модемов у нас в целом идут на 20—30% лучше в сравнении с конкурентами.

— Но для развития бизнеса мобильного Интернета для вас важно развернуть 3G в Москве. По оценкам независимых аналитиков, столичные жители потребляют до 30% мобильного Интернета от всех российских абонентов. Как обстоят дела с 3G в Москве?

— Наконец мы сдвинулись с мертвой точки в Москве, хотя ситуация не самая оптимистичная. Есть опасения, что полноценные услуги 3G в российской столице либо будут нескоро, либо не появятся никогда. Физику не обойдешь — хорошие скорости можно дать только в широкой полосе частот. Сеть 3G в Москве мы строим, у нас есть для этого все возможности, кроме частот. Мы участвуем в программах конверсии частотного спектра, только в Москве «большая тройка» потратила на эти работы около 50 млн долл. GSM-частоты мы получали тоже с некоторыми ограничениями, но меньшими.

— То есть указание президента Дмитрия Медведева, данное в октябре, о том, чтобы вопрос с частотами был решен, будет реализовано лишь частично?

— В специальных опытных зонах изучается возможность развивать 3G в Москве в диапазонах 900 и 1800 МГц. Абонентов GSM можно перевести в 1800-й диапазон, а 900 МГц освободить для 3G. Но в таком случае сеть GSM 1800 должна иметь достаточную емкость, чтобы обслуживать миллионы клиентов, а это означает дополнительные инвестиции в сети второго поколения. Проект непростой, но в Европе сейчас это пробуют. Для четвертого поколения нужна будет широкая чистая полоса. Чтобы обеспечить скорости до 100 Мбит/с, нужно, чтобы полоса частот была не меньше 15 Мгц. Сейчас изучается возможность конверсии радиочастот в диапазоне 700 Мгц — 2,6 Ггц, по международным правилам отведенном для мобильной связи четвертого поколения.

«МегаФон» без проводов

— Сохранили ли вы планы по выходу на рынок фиксированной связи? Планируете ли вы покупки провайдеров, в какой стадии находятся переговоры?

— Планы сохранились, но мы близки лишь к покупке «Синтерры». Кроме «Синтерры» нас интересуют «Акадо», NetByNet и другие компании, но пока конкретных соглашений нет. С некоторыми подписаны соглашения о конфиденциальности, но переговоры в активную фазу не вступили. Многие провайдеры не признают падения стоимости на фоне кризиса, хотя публичные компании показали падение капитализации в разы. Мы хотим стать игроком рынка ШПД, но считаем, что цена 900 долл. за абонента сейчас неадекватна. Мы готовы платить не более чем по 300 долл. Возможно, провайдеры переоценивают будущий рост, ведь запрашиваемые ими суммы предполагают развитие событий в перспективе. Однако бурный рост фиксированного ШПД под вопросом в связи с тем, что эти услуги сейчас находятся в конкуренции с мобильным Интернетом.

— Хватит ли «МегаФону» собственных средств на покупки или планируете привлекать заемные деньги?

— «МегаФон» вообще в очень позитивной ситуации: наличные средства превышают наши долги. Собственных средств нам хватит и на развитие, и на покупку «Синтерры», и выплату дивидендов в разумном количестве. Акционеры нас понимают и вряд ли потребуют слишком больших дивидендов. При необходимости мы можем привлечь и заемные средства на рынке капитала. В первом квартале 2010 года мы выпустим евробонды, которые сможем реализовать, когда потребуется. Занять таким образом планируем до 1,5 млрд долл.

— А если купить никого из провайдеров не получится, будете ли вы самостоятельно строить сеть?

— Кабель в дома тянуть не будем. На рынке проводного доступа в Интернет у нас есть хорошая альтернатива — сотовая связь третьего поколения. По опыту Санкт-Петербурга, где у нас сеть 3G работает с 2007 года, мы оценили эффективность проекта как высокую. Это полноценные услуги мобильного ШПД, которые уже конкурируют с услугами провайдеров фиксированного доступа в Интернет. По продажам ШПД мы можем обойти даже операторов фиксированной связи. Интернет-провайдеры на северо-западе снизили темпы подключений, что мы связываем с запуском полноценной сети 3G «МегаФона» в регионе. Фиксированный ШПД мы будем развивать только в том случае, если приобретем кого-то из игроков этого рынка, собственные сети строить не будем.

В 2010 году мы планируем во всех крупных городах запустить полноценную сеть 3G. Чтобы составить полноценную конкуренцию интернет-провайдерам, нужна скорость передачи данных не менее 0,5 Мбит/с. Вот в Петербурге мы можем поддерживать качество мобильного доступа в Интернет на нужном уровне — сеть из 1 тыс. базовых станций вполне это позволяет. В других городах будем добиваться результата не хуже. К окончанию 2010 года мы рассчитываем обеспечить скорость передачи данных в крупных российских городах на уровне 1 Мбит/с. Наша задача — иметь к концу 2010 года как минимум 4 млн абонентов мобильного Интернета.

В уже действующих сетях 3G поддерживается скорость 7Мбит/с в канале, пользователь получает скорость меньшую, конечно, но более чем достаточную для комфортного интернет-серфинга. В перспективе будет достигнута скорость 21 Мбит/с, а технический предел стандарта — 42 Мбит/с. Следующим шагом к ускорению станет 4G.

Главный урок, который мы вынесли из питерского опыта в развитии 3G, — сеть с самого начала должна поддерживать высокое качество услуги. Бизнес GSM был другим: все операторы строили свои сети годами.

Важно понимать, что мобильный Интернет интересен в первую очередь массовому сегменту рынка. Но тем, кому нужен тяжелый контент, удобнее получить фиксированный доступ в Интернет, поэтому у нас все еще есть заинтересованность в покупке фиксированных интернет-провайдеров.

— Одним из условий успешного развития мобильного Интернета эксперты называют безлимитные тарифы. Некоторые из ваших конкурентов считают, что такие тарифы в полной мере запускать невозможно.

— По-настоящему безлимитный мобильный доступ в Интернет — это неэффективно. По опыту наших коллег из «Скай Линка» 2% абонентов потребляют 60% трафика. Они просто делают на этом свой собственный бизнес, выкачивая из сети массу тяжелого контента, кинофильмов например. Это, конечно, серьезно перегружает сети. Поэтому при достижении определенного порога трафика скорость доступа для абонента снижается.

— Сейчас мобильный Интернет уступает фиксированному не только в скорости, но и в цене. Не помешает ли это вашей борьбе за абонентов с интернет-провайдерами?

— Вы помните, как развивалась голосовая связь в сетях GSM, как на глазах таяли цены? Конкуренция усиливается, что со временем отразится и на тарифах, это неизбежно. Скорость падения цены на мобильный Интернет будет зависеть от поведения всех участников рынка — будут ли операторы прибегать к демпингу или нет, как быстро будут развиваться сети 3G и т.д.

— Какова доля дополнительных услуг в выручке «МегаФона»?

— В среднем 17—18% нашей выручки приходятся на неголосовые услуги. В сентябре впервые доля передачи данных в выручке от VAS (дополнительные услуги. — РБК daily) стала самой высокой — 32%, 30% пришлось на SMS, остальное — на контент. Неголосовой трафик растет высокими темпами, и нам придется активно инвестировать в магистральную инфраструктуру. Примерно 60% инвестиций следующего года будут сделаны в третье поколение, и большая часть средств придется именно на развитие транспортной сети. В дополнение к собственным ресурсам мы сейчас арендуем каналы у «Ростелекома», ТТК и «Синтерры», но нам нужна своя инфраструктура, в том числе и каналы между городами. Кроме того, не всегда хватает емкости арендуемых каналов. Судите сами, трафик в Петербурге вырос в 300 раз, при том что выручка от передачи данных всего лишь втрое.

работа над сделками

— Расскажите подробнее, как обстоят дела со сделкой с «Синтеррой»? По неофициальной информации, вы сомневаетесь в целесообразности покупки в связи с тем, что у «Синтерры» слабо развит бизнес с физлицами.

— Оценивая целесообразность приобретения фиксированного оператора, мы опираемся в числе прочих достоинств на наличие у него корпоративных абонентов. Например, мы хотим купить «Синтерру» отчасти и потому, что это группа компаний, одна из которых «Петерстар». Примерно 60—70% абонентской базы «Петерстара» составляют корпоративные клиенты. Мы можем дать им в дополнение к фиксированной мобильную связь и таким образом сформировать универсальное предложение. Кроме того, у «Синтерры» есть большой магистральный бизнес, мы могли бы использовать магистральные каналы компании, ведущие за рубеж, чтобы выйти на рынок дальней связи, что позволит нам стать провайдером первого уровня. Это перспективно, так как бизнес в сфере транзита трафика данных растет.

— А что мешает завершению сделки? Провели ли вы оценку «Синтерры», сошлись ли в цене?

— Оценку компании мы провели, сейчас ведем переговоры об условиях сделки. Три банка независимо один от другого делали для нас оценку «Синтерры», и все три примерно совпали. Стоимость компании я не назову, отмечу лишь, что акционеров «Синтерры» цена устраивает. Но, как всегда, все зависит от мелочей, и именно они сейчас согласовываются. Мы надеялись завершить сделку до конца ноября, однако переговоры затянулись.

— Ранее вы планировали также покупки «дочек» «Связьинвеста», а после отказались. С чем это было связано?

— В прошлом году мы хотели купить небольшие пакеты акций тех МРК, у которых есть сотовые «дочки». Год назад акции МРК стоили дешево, а у нас было много свободных средств, мы их размещали на банковских депозитах, и у менеджмента «МегаФона» возникла идея диверсифицировать вложения — стать портфельным инвестором. Я жалею, что мы этого не сделали, поскольку акции МРК выросли с тех пор в три раза. Но члены совета директоров сочли, что наше главное дело — быть оператором услуг связи, а не инвестором. Наверное, они правы, ведь акции могли бы и упасть в цене.

— Все крупные игроки заявили о планах стать универсальными операторами связи. Причем пока никто не смог разработать эффективную модель конвергентных услуг, которая пользовалась бы широким спросом. С чем связано тогда это стремление к универсальности?

— Мы — сервисная компания, и наша задача в том, чтобы абоненты оставались с нами надолго. При этом нужно, чтобы они и платили не меньше, чем раньше. Поэтому мы должны стать универсальным оператором, чтобы удовлетворить все запросы клиентов. Такой подход мы применяем на корпоративном рынке: организациям делаем универсальное предложение, в которое включены местная нумерация, фиксированная междугородная связь, широкополосный интернет-доступ, мобильная связь — то есть все виды услуг.

Пришло время, когда все инвестиции нацелены на удержание абонентов и ARPU. Как на Западе, операторы инвестировали миллиарды долларов только для того, чтобы сохранить ARPU на уровне 30 евро. Если деньги не вкладывать, то абоненты просто будут уходить к другим операторам. Раньше было иначе: инвестируешь 1 млрд долл. — получаешь дополнительный 1 млрд долл. ежегодной выручки. Сейчас же каждый миллиард дает рост выручки лишь на 5—6%.

— Каким вы видите рост в ближайшей перспективе? Какими будут инвестиции в следующем году?

— Высоких темпов роста уже не будет. В следующем году мы закладываем рост выручки на 7—8%. Инвестиционную программу мы думаем сохранить на уровне этого года — 48—49 млрд руб.

— Есть ли у вас планы по географической экспансии? На Украине ведут разговоры о лицензии на 3G, не хотели бы принять участие в тендере?

— Сейчас реальных планов нет, нет заявок на лицензии, не ведем переговоры о покупках. Если же появится что-то интересное, мы обязательно рассмотрим такую возможность. Нам не очень интересно участвовать в конкурсе на лицензию 3G, на 4G — да, мы бы хотели претендовать. Четвертое поколение — это ведь ШПД. Могу предположить, что к тому времени телевидение, связь, возможно что-то еще, уйдут в IP-протокол. Но строительство сетей 4G с нуля — это огромные инвестиции.

— Как обстоят дела с тарифом «Просто»? В чем был смысл запуска тарифа с сильным дисконтом?

— Мы позиционируем «Просто» как отдельный продукт. Его особенности: отдельная нумерация (в Москве в коде 929), упрощенная система обслуживания, низкие цены. Такое предложение интересно тем абонентам, которые не особенно интересуются новыми технологиями, дополнительными услугами — такие все еще есть. Кроме того, «Просто» — выгодное предложение для людей экономных, тех, кто большей частью созванивается с пользователями этого же тарифа, на другие сети, в том числе и «МегаФона», звонить дорого. Показатель ARPU низкий, но растет, увеличивается и число абонентов. «Просто» выбирают и наши клиенты, и абоненты других операторов, примерно 40% — от нас, 60% — из других сетей.

— Как идет строительство вашей розницы?

— Мы выбрали отличную от конкурентов модель развития собственной розницы. Пока никого покупать не собираемся, до конца года планируем построить более 200 собственных салонов. Цель — до конца 2010 года создать 1,5 тыс. розничных салонов, своих и франчайзинговых. Пусть у нас будет меньше салонов, чем у конкурентов, но срок пребывания в сети у наших абонентов будет больше и выше ARPU. Сейчас мы продаем устройства под собственным брендом в первую очередь для продвижения собственной услуги, а в наших новых салонах будет представлен самый широкий выбор моделей.

влияние акционеров

— Как отразилась на вас сделка акционеров по слиянию пакетов TeliaSonera и Altimo?

— «МегаФону» эта сделка никаких выгод не принесет. Я надеюсь, что акционеры не рассматривают компанию как донора для их бизнеса в других странах. Если «МегаФону» придется выплачивать очень крупные дивиденды, это может стать тормозом роста компании. В нашей истории уже был период работы в условиях, когда акционеры были далеки от согласия, но это не стало препятствием для нашего успешного развития.

— Сохранили ли вы планы выйти в лидеры по выручке?

— Мы хотим стать оператором номер один по выручке от услуг мобильной связи в России. Раньше планировали выйти в лидеры в четвертом квартале 2009 года, но скорее всего эти планы придется отложить до следующего года. Также остаются в силе планы стать лидером по услугам доступа в Интернет в 2012 году.