В ближайшие два-три года мир может столкнуться с новым кризисом доверия — теперь уже к правительствам континентальной Европы, Великобритании, Японии и США. По оценкам управляющего директора одного из крупнейших швейцарских банков Union Bancaire Privée (UBP) Кристофа Бернарда, существует риск того, что этим странам не удастся реструктурировать свой внешний долг из-за роста долговой нагрузки до уровня 20—30% их бюджетов. Участники рынка, опрошенные РБК daily, считают такой сценарий вероятным, но надеются, что регуляторы этих стран такого не допустят.

По словам Кристофа Бернарда, есть целый ряд глобальных рисков, которые, хотя и кажутся сейчас маловероятными, могут реализоваться в ближайшие два-три года. «Не нужно забывать, что еще летом прошлого года банкротство Leman Brothers казалось абсолютно невероятным», — напомнил он, выступая на минувшей неделе на саммите финансовых директоров России, который был организован Институтом Адама Смита.

Кристоф Бернард опасается, что внешний долг ведущих развитых стран может вырасти с 10 (в среднем) до 20—30% к размеру бюджета этих стран. Это приведет к неспособности правительств обслуживать свои валютные долги по текущим ставкам. В результате ведущие страны ЕС, Япония, Великобритания, а вслед за ними и США не смогут реструктурировать долговую нагрузку на собственные бюджеты и потеряют доверие заемщиков и инвесторов. «Наступит новый кризис доверия, но уже не к банкам и другим компаниям, а к целому ряду правительств. Это страшный сценарий, — заявил г-н Бернард РБК daily. — И правительства этих стран пытаются избежать чрезмерного роста долговой нагрузки».

Главному экономисту компании «Тройка Диалог» Евгению Гавриленкову такой сценарий также не кажется фантастичным. «В 1997—1998 годах на примере России мы уже видели нечто подобное, когда правительство не справлялось с обслуживанием по своим внешним долгам и объявляло дефолт, — вспоминает он. — В ближайшие годы сочетание различных факторов может сделать такой риск вполне возможным, но регуляторы этих стран уже делают усилия для его нейтрализации».

В связи с этим, по словам Кристофа Бернарда, возникает вопрос: какие активы могут стать тихой гаванью для инвесторов. Американский доллар в ближайшие два-три года, по его оценкам, может обесцениться еще на 20—30%. «Долларовый кризис вполне возможен, и нельзя исключить сценарий, когда одна из ведущих стран мира поставит под сомнение надежность американской валюты», — рассуждает г-н Бернард.

Евгений Гавриленков говорит, что любой бюджетный дефицит рано или поздно будет монетизирован и в ряде стран девальвация уже началась. «При этом девальвация доллара или других мировых валют на 20—30% легко может произойти в течение полугода, — считает он. — Мы это видели на примере не только доллара, но и японской иены. Поэтому ослабление валют на 20—30% уже не является существенным, и вряд ли на это стоит обращать внимание».

Угроза обесценения доллара приведет к тому, что будут высоко оцениваться реальные активы: биржевые товары (commodities), связанные с ними акции компаний и валюта тех стран, которые обладают этими товарными запасами, — австралийский доллар, норвежская крона, канадский доллар, полагает г-н Бернард. Недвижимость, по мнению банкира, входит в число сомнительных активов, за исключением объектов недвижимости ряда стран, в частности Азиатского региона. «Нефть сейчас является слишком переоцененной: справедливая цена за баррель — 55—60 долл., — уверен г-н Бернард. — В краткосрочной перспективе я бы осторожно подходил к инвестированию в «черное золото», хотя в долгосрочной перспективе цены на него могут показать существенный рост».

Главный экономист по России и странам СНГ Merrill Lynch Securities Bank of America Юлия Цепляева согласна с оценками швейцарского банкира: кризис доверия к правительствам ведущих держав возможен, если они продолжат наращивание своих расходов за счет новых масштабных заимствований. «Но я не думаю, что в планах правительств этих стран стоит наращивание заимствований с той же скоростью, что и в кризисный период, — полагает г-жа Цепляева. — Поэтому все не так плохо».

Швейцарский банк UBP является одним из мировых лидеров на рынке управления активами частных и институциональных клиентов. По данным банка, по итогам первого полугодия 2009 года он обошел UBS по показателю достаточности капитала: у UBP этот показатель составил 24,9%, в то время как у UBS — около 10%. Чистая прибыль по итогам первого полугодия составила 167 млн швейцарских франков. У банка имеется офис в России.