Вампиры, зомби и другие плотоядные твари — настоящие фетиши для голливудских режиссеров, специализирующихся на ужастиках. Однако, по мнению культурологов, интерес к теме вампиров обусловлен не столько сверхприбылями таких фильмов, сколько состоянием общества. Так, британский профессор Питер Логан убежден, что доминирование в культуре историй про вампиров и других вылезших из могил кровососов является характерной чертой империй, гегемония которых в скором времени пошатнется.
К такому выводу ученого подтолкнул сравнительный анализ массовой культуры Великобритании викторианского периода и популярной культуры современных США. Автор исследования заметил, что интерес публики к вампирам в викторианской Британии достиг максимального пика именно в период правления королевы Виктории, который британцы называют золотым веком. Именно в ХIX веке Британия являлась владычицей морей — мощнейшей державой на планете, распространившей свое влияние на многочисленные колонии. Англия занимала лидирующие позиции в деле индустриализации, что, однако, не мешало бурному развитию искусства. Однако, несмотря на процветание, социальный запрос диктовал частое появление на страницах книг и журналов мрачных историй про вампиров. Почему? Подобную тягу британцев к кровопийцам Логан объясняет характеристиками мрачных персонажей.
Так, книжные вампиры никогда не происходили из низших сословий. Вампир — это всегда аристократ в белых перчатках, живущий в фамильных замках. Наделение нечисти высшими регалиями, по мнению культуролога, отражало назревающее в Викторианскую эпоху недовольство среднего класса по отношению к привилегированным высшим сословиям, которые жили за счет остального общества. Поэтому наделение вампира придворным званием было не чем иным, как ироничным подтруниванием над существовавшими аристократами, которые «высасывали кровь» работающего населения.
У американцев же роль кровососа играют громадные корпорации и банки, которые вытягивают из человека все силы и средства. Между тем засилье живых мертвецов в литературе и кинематографе может быть вызвано не только внутрисоциальными, но и геополитическими ожиданиями. «Вампиры, будучи ходячими покойниками, не могут умереть, — говорит Питер Логан. — Их способность существовать вечно хотя и пугает, но завораживает людей. Особенно интересен данный персонаж жителям сверхдержав, у которых сформировано имперское сознание. Общество Викторианской эпохи чувствовало, что вслед за столь мощным подъемом вскоре последует упадок, однако верить в это не хотело. Именно поэтому вампиры как своеобразная аллегория вечного существования привлекали британцев. Кроме того, сама суть вурдалака — высосать кровь из другого, чтобы выжить, близка позиции сверхдержав. Британия, являясь крупнейшим колонизатором за всю историю, олицетворяла такого геополитического вампира, который высасывал из своих колоний самое ценное».
Таким образом, вампиры были отражением существующей политической ситуации. Олицетворение государства с вампиром говорит о негативных общественных настроениях. Люди на бессознательном уровне понимали, что такая гегемония носит эксплуататорский характер, что и вылилось в популяризацию столь отталкивающего персонажа. В частности, самая знаменитая книга о вампире всех времен и народов «Дракула» Брэма Стокера была написана в конце XIX века — аккурат во время эскалации конфликта между Британией и боровшимися за независимость колониями в Азии и Африке. Похожую ситуацию можно проследить и в США. Многочисленные хорроры и книги о вампирах пеклись, как пирожки, во время наиболее активной фазы иракского конфликта.
Логан уверен, что почти все черты вампиров могут быть интерпретированы с позиции геополитики. Например, отсутствие тени и отражения у мифических существ может быть истолковано как безнаказанность. Ведь тень и отражение в архетипическом сознании ассоциируются со следом и свидетельством существования. Вампир же, как и империя, «наследить» и «отбросить тень», в том числе и на свою репутацию, априори не может. Несмотря на свою вездесущность и неуловимость, вампир крайне привязан к «родной земле». Для того чтобы восстановить силы, Дракула со товарищи обязательно должны на день возвращаться в могилу, а если такой возможности нет (например, вампир переезжает поближе к свежей кровушке), вурдалак должен обязательно взять в «походный гроб» горсть земли из своей могилы. Такую зависимость Логан прослеживает в политике Британии Викторианской эпохи и США, для которых национальные ценности и атрибутика, воплощающие «родную землю», — крайне важный элемент государственности.
Интересен тот факт, что вампир не может войти в дом без приглашения. Однако если получит приглашение хоть один раз, он будет приходить и уходить когда захочет. Не правда ли, напоминает политику сверхдержав?
