Главный экономист Goldman Sachs ДЖИМ О’НЕЙЛ убежден, что 2009 год станет для акций хорошим годом. В интервью корреспонденту газеты Handelsblatt РАЛЬФУ ДРЕШЕРУ он объясняет, почему самые трудные времена остались уже позади, какие страны окажутся локомотивами экономического выздоровления и почему развивающиеся страны выйдут из кризиса еще более окрепшими. Кстати, именно Джим О,Нейл является автором аббревиатуры БРИК (Бразилия, Россия, Индия, Китай).

— Традиционные рынки уже приподнялись от своего нижнего уровня на 30%, а развивающиеся рынки выросли еще заметнее. В связи с этим некоторые специалисты заговорили о «новом взлете» фондового рынка, однако большинство ожидает очередного падения. Каково ваше мнение о рынках?
— Я по-прежнему убежден, что для акций 2009 год будет хорошим годом. До недавних пор это мое мнение разделяло лишь меньшинство экспертов. Полагаю, что американский индекс S&P 500 будет продолжать подниматься. Кроме того, думаю, что темпы роста стоимости ценных бумаг на крупных развивающихся рынках будут и в дальнейшем выше средних.

— Многие инвесторы относятся к выздоровлению фондовых рынков с опаской. С другой стороны, они задают вопрос: а не упущу ли я выгодный момент, если не инвестирую именно сейчас? Что вы могли бы им посоветовать?
— Рисковые премии на акции до сих пор настолько высоки, что позволяют мне утверждать, что в ближайшие пять лет прибыль на акции, возможно, будет действительно высокой. Так что инвесторы должны инвестировать.

— Насколько экономика отстает от роста на фондовом рынке?
— Примерно на один квартал. Наш собственный индикатор GLI начал расти два месяца тому назад. Для меня это показатель того, что до третьего квартала мы можем рассчитывать на небольшой подъем конъюнктуры в США и весьма сильный — в Китае.

— Когда, по вашему мнению, начнется подъем конъюнктуры и насколько быстро пойдет процесс выздоровления экономики?
— Думаю, мы увидим, что четвертый квартал прошлого года и первый квартал этого были наиболее тяжелыми. Уже до середины 2010 года мы станем спрашивать себя: «Ну и зачем было так волноваться?» В 2010 году рост ВВП будет составлять в мире 3,2%, что соответствует показателю последних двадцати пяти лет.

— Каковы основные экономические риски?
— Их много, но не все из них связаны со снижением. Не надо исключать риск более сильного роста. Явными рисками являются также протекционизм и скоропалительное ужесточение денежной и финансовой политики.

— Что наиболее вероятно: период дефляции или же длительная фаза высокой инфляции?
— Ни то ни другое.

— А какой сценарий более опасен?
— Оба. И сильная дефляция, и высокая инфляция стали бы очень неприятной перспективой, но ни то ни другое я не считаю слишком вероятным.

— Является ли оздоровление финансового сектора долговременным или же самое неприятное еще только впереди?
— Мы на пути к выздоровлению.

— Если лидером процесса выздоровления станут США, как скоро он начнется и в европейских экономиках?
— Индикаторы свидетельствуют, что наиболее благоприятные перспективы имеет в этом плане Великобритания. Подъем начнется именно в этой стране, затем — в США, а следом за ними — в Германии. Похоже, что самый тяжелый период эти государства уже преодолели.

— Если посмотреть на развивающиеся рынки, то вопреки ожиданиям многих экспертов отделиться от спада в странах «семерки» им не удалось…
— …Это не так. Китай отделился. Хотя из-за падения экспорта рост ВВП там сильно замедлился. Однако это не является достаточным показателем того, состоялось это самое отделение или нет. Внутренний спрос в Китае, Индии и некоторых других крупных развивающихся странах по-прежнему высок…

— Но ведь менее крупные экономики столкнулись с большими трудностями, и МВФ, а также другим международным организациям пришлось им помогать. Является ли это свидетельством того, что развивающиеся рынки в целом еще не настолько сильно развиты, как казалось в последние годы?
— Абсолютно не является. По существу, слабость проявилась лишь в Восточной Европе. Можно сказать, что мы увидели европейский вариант азиатского кризиса: слишком высокий уровень задолженности и принятие на себя долговых обязательств в чужой валюте. Так что можно с определенностью сказать, что никакой общей проблемы развивающихся рынков не существует и что в целом развивающиеся рынки чувствуют себя гораздо лучше, чем страны «семерки».

— Видимо, это касается и фондовых рынков, в особенности в странах БРИК, где курсы акций уже снова заметно выросли. Является ли это подтверждением вашего тезиса о том, что эти четыре государства имеют хорошие перспективы стать в ряд ведущих мировых экономик?
— Да, и я полагаю, что нынешний кризис ускорит относительный рост значения стран БРИК. В первую очередь это касается Китая. В минувшем году Китай обогнал Германию, а через два года обойдет и Японию.

— Как вы могли бы охарактеризовать эти страны? У какой из них лучшие исходные позиции?
— Китай, Китай и еще раз Китай! В аббревиатуре БРИК буква К гораздо важнее трех остальных букв. В краткосрочной перспективе мне после Китая больше нравится Бразилия, затем Россия и, наконец, Индия. Если же смотреть в длительной перспективе, то тут порядок уже такой: Китай, потом Бразилия, затем Индия и, наконец, Россия.

— Как будет развиваться ситуация на сырьевых и валютных рынках?
— Думаю, что цены на нефть своего дна уже достигли и в ближайшие месяцы станут продвигаться к уровню 75—80 долл. за баррель. Дорожать будет большинство видов сырья. По поводу курсового соотношения евро-доллар у меня твердого мнения нет. Есть аргументы в пользу прогноза и на курс 1,2, и на 1,5. По валютам мои представления противоречивы. В принципе, мне нравится фунт стерлингов: он дешевый, Великобритания выздоравливает быстрее всех, и инвесторы держат очень короткие позиции в фунтах. А вот в отношении иены я, напротив, оптимизма не испытываю.

— И в заключение — что рекомендует Goldman Sachs в плане портфельной стратегии?
— Покупайте акции на среднесрочную перспективу, будьте осторожны с государственными облигациями.