Страховые компании еще не ощутили в полной мере последствий финансового кризиса. На страховщиках в отличие от других финансовых институтов кризис может отразиться только в следующем году. Судя по первым итогам ноября, корпоративные клиенты страховых компаний снизят расходы на страхование на 20—30%. О прогнозах страхового рынка, проблеме номер один для ФССН в следующем году и работе надзора над «списком-17» РСА глава ФССН ИЛЬЯ ЛОМАКИН-РУМЯНЦЕВ рассказал корреспонденту РБК daily ЕЛЕНЕ ГРИГОРЬЕВОЙ.

— В чем вы видите основные причины относительной стабильности страховщиков в отличие от других финансовых институтов в условиях кризиса?

— Россия — не исключение. Во всем мире страховщики чувствуют себя очень неплохо, если не считать AIG и Fortis и ряд других, проблемы которых были вызваны не страховой деятельностью. Страховщики находятся в начале финансовых потоков. Они зарабатывают в тот момент, когда к ним пришли деньги. Все остальные финансовые институты должны их вкладывать, получить прибыль, потом делить между компанией и ее клиентами. Кроме того, стоит отметить, что Россия отстает по уровню проникновения страхования в экономику. В России рост рынка прежних лет на 20—25% нельзя считать сильным, если учесть инфляцию. Доля премии в ВПП — 2,5%, а без ОМС — 1,5%. Словакия с 4% для нас в этом смысле — недостижимое будущее.

— Как ситуация с AIG отразилась на ее дочерней компании в России?

— Если в конце 1990-х «АИГ Россия» говорила, что она как 100-процентная «дочка» AIG пользуется материнской гарантией и за счет этого обладает рейтингом ААА от S&P, то теперь «АИГ Россия» считает себя полностью самостоятельным подразделением, развивающимся самостоятельно. В целом на российском страховом рынке ситуация с AIG серьезно не отразится.

— Разделяете ли вы мнение страховщиков, что государство не уделяет достаточного внимания развитию отрасли, особенно в условиях экономического кризиса?

— Возможно, стабильная ситуация на рынке — одна из причин, по которым правительство не проводит регулярных встреч со страховщиками, как, например, с банкирами. К сожалению, отношение к страховщикам чуть более снисходительное, чем к банкирам. Кризисы 1998 и 2004 годов заставили думать о том, что в банковской системе могут быть существенные колебания, имеющие серьезные социально-экономические последствия, а в отношении страховщиков такого понимания нет. В свое время банкротство компаний «Росгосстрах» в Твери и Свердловске не сильно обеспокоили правительство. Но по мере того как страховщики играют все большую роль в обеспечении обязательств, осознание важности этого сектора финансового рынка приходит. Я надеюсь, что будут реализованы предложения в части перевода системы ОМС на страховые принципы и замены отдельных видов лицензирования страхованием. Речь идет не столько о том, чтобы создать новые рынки для страховщиков, сколько о необходимости создания прочной финансовой основы обеспечения ответственности участников экономических отношений. В этом смысле очень показательны случаи банкротства туроператоров.

— Как вы полагаете, будут ли выделены государственные средства на повышение капитализации «Росгосстраху»?

— Надеюсь на это. Мы направили в Минфин письмо с оценкой обоснованности предложений компании. Если в следующем году не будут приняты решения по корректировке коэффициентов по территориям и видам транспорта, с учетом которых формируется тариф по ОСАГО, ускорится процесс ухода страховых компаний из регионов. «Росгосстрах» как системообразующий страховщик, который не имеет права покинуть регионы, столкнется с существенным ростом обязательств. Для этого компания должна быть финансово устойчивой.

— Каковы ваши прогнозы по снижению объемов совокупных сборов?

— В кризисных условиях страховщики чувствуют себя лучше других финансовых организаций от трех до шести месяцев с начала кризиса, потому что они в это время обслуживают договоры, заключенные ранее. Это средний возраст портфеля рискового страховщика. Волна спада премий настигнет страховщиков по истечении этого срока, когда существенно снизится платежеспособный спрос. С высокой долей вероятности расходы на корпоративное страхование будут снижаться еще сильнее, а взносы физических лиц скорее всего значительно сокращаться не будут. В 2009 году именно ритейл будет наиболее устойчивым источником сборов. Мы надеялись, что корпоративные клиенты снизят расходы на страхование на 10—15%, но по первым итогам ноября похоже, что этот показатель достигнет 20—30%. Кроме того, снизятся сборы страховщиков, связанные с банками, автосалонами, строительством. Минтранс прогнозирует сокращение железнодорожных перевозок — значит, сократится объем премии по страхованию грузов. Хотя в целом я рассчитываю на рост премий в следующем году.

— Какие негативные явления на страховом рынке могут обостриться в следующем году?

— Для надзора проблемой номер один в 2009 году станет ценообразование на рынке страховых услуг, неадекватное риску. Не так опасна нехватка воды, как безобразное поведение на водопое зверей, которые в борьбе за воду могут затоптать источник. В условиях, когда рост рынка прекращается или замедляется по отдельным отраслям страхования, самым опасным может быть поведение компаний, которые попытаются первыми прорваться к «источнику» за счет демпинга, скидок, завышенных комиссионных. Проблема номер два связана со всевозможными тендерами, которые во многих областях страхования вызывают конфликты. Например, при проведении конкурсов на ОСАГО предложения страховщиков формализованы, так как границы для свободной конкуренции очень узкие, потому что тарифы, правила страхования, обязанности сторон закреплены законодательно. Скорее всего грядет череда коррупционных скандалов, например, связанных с тендерами на ОСАГО и ОМС. Причина только в том, что ФЗ 94 весьма неточно отражает специфику возможных торгов.

— Стали ли острее проблемы с финансовой устойчивостью страховщиков?

— На данный момент ситуация абсолютно штатная, от прошлого года она не отличается. На рынке всегда есть компании, которые испытывают трудности с финансовой устойчивостью. В России применяется система нормативной оценки платежеспособности Solvency I, так называемый нормативный метод оценки обязательств компании и ее активов. У страховщика может не хватать 1% до нормативного значения маржи платежеспособности, и в соответствии с приказом Минфина он уже считается попавшим в опасную зону. Но понятно, что маржа — это запас сверх норматива, который потребуется страховщику, если произойдет существенное отклонение фактических выплат от ожидавшихся. Когда нас спрашивают, сколько страховщиков испытывают проблемы с финансовой устойчивостью, мы можем назвать конкретную цифру, но это ничего не даст, так как у компаний совершенно разные отклонения от нормативов.

Я полагаю, что страховщикам сейчас необходимо думать, как увеличить капитализацию. В следующем году желающих вложить деньги в страхование будет мало. Регуляторы должны позаботиться, чтобы у страховщиков появились источники для роста капитализации. Многие компании утверждают, что им проще это делать за счет субординированных кредитов. Но эти кредиты сегодня не могут учитываться при оценке платежеспособности.

— Можно ли сейчас прогнозировать, на сколько сократится число страховщиков?

— Очевидных моделей развития рынка, которые бы показывали, на сколько именно сократится число компаний, не существует. Если нам не удастся поставить заслон против схем, то можно легко прогнозировать рост числа новых компаний. Но серьезных экономических оснований для появления новых компаний в условиях спада немного. В основном сейчас за лицензиями обращаются общества взаимного страхования.

— В чем состоит алгоритм реагирования ФССН на отклонение от нормы различных показателей страховщиков в условиях кризиса?

— Мы разработали его в соответствии с приказами Минфина №113 и 90. Если компания попадает в зону риска, она составляет план финансового оздоровления. Если страховщик честный, он напишет о планах по снижению административных расходов, об отказе от отдельных видов деятельности, планах по реструктуризации портфеля, увеличению уставного капитала. Когда мы видим, что компания все еще в зоне риска, но прогресс есть, то мы не будем ей выдавать предписание. Мы также намерены предложить страховщикам составлять и согласовывать с ФССН планы, связанные с изменением структуры инвестиционных портфелей. Надеюсь, что в скором времени Минфин примет решение, как отражать в балансе убытки от падения стоимости ценных бумаг. Есть компании, у которых акции занимают до 30% инвестиционного портфеля. Страховщики столкнулись также со снижением цен на недвижимость, с потерей банками рейтингов.

— В чем причина вашего расхождения во взглядах со страховщиками на изменение приказов Минфина №100 и №149?

— Предложения страховщиков, конечно, содержат разумные идеи, например в части признания таких активов, как отложенные налоговые обязательства или начисленный доход по ценным бумагам. Следует учитывать, что действия должны быть не ради демонстрации активности, а ради каких-то целей. Мы не против любых предложений, но под ними должны стоять определенные расчеты. Наша отчетность не показывает необходимость изменения структурных нормативов. Страховщики говорят, что стоит в условиях кризиса изменить нормативы — и все станет хорошо. Это похоже на утверждение, что в обычном состоянии человек считается больным с температурой выше 37,5 градуса, а сейчас, поскольку эпидемия, считать человека больным нужно при 38,5°. Надо менять не нормативы, а технологию лечения. Если действовать, как предлагают страховщики, то мы будем себя обманывать. Когда страховщик будет держать 70% денег в одном банке, пусть и самом надежном на этот момент, то принцип диверсификации не будет работать.

— На какой стадии находится работа ФССН над «списком-17» РСА?

— Если посмотреть на список, то вспоминаются экстремальные показатели страховщиков в конце 1990-х. Только содержание показателей немного изменилось. Но когда мы составляем такие списки, мы делаем все, чтобы они не были обнародованы. Попадание компании в список означает только то, что ею нужно заняться предметнее, чем остальными, так как выросло число жалоб клиентов на задержку выплат. А это может означать то, что страховщик увеличил присутствие в южной части России, где процент страхового мошенничества намного выше, чем в северных регионах, и компании приходится более тщательно изучать обоснованность требований страхователей. Также это может быть связано с тем, что компания дала команду филиалам прекратить выплаты сверх собранных сумм и решения по «сверхлимитным» выплатам принимает только головной офис. Или у страховщика закончились деньги. Мы должны найти конкретные причины. Если проблема неизлечима, это будет отражено в приказе ФССН.

— Ожидается ли сокращение объемов исходящего перестрахования?

— Скорее всего да. По трем причинам. Первая — увеличение цены перестраховочной защиты, вторая — пересмотр условий заключения договоров международными перестраховщиками первой руки, который будет вызван снижением платежеспособности и финансовой устойчивости российских страховщиков. Третья причина связана с тем, что многие российские страховщики в 2009 году постараются расширить линейки продуктов по страхованию ответственности, в частности для государственных или муниципальных нужд. Они будут сталкиваться с тем, что эти риски практически не перестраховываются, поскольку их качество чрезвычайно низкое.

— Необходимо ли выделять перестрахование в отрасль, которая будет регулироваться отдельно?

— Лучшие умы Международной ассоциации страховых надзоров бьются над вопросами: «Что такое перестрахование?» и «Как его регулировать?». До последнего времени в большинстве стран специального регулирования перестрахования не существовало. Этим вопросом занялись после истории с AIG, которая под видом перестрахования предлагала иные финансовые услуги. На следующий год на российском рынке, возможно, снова появится интерес к схемам, которые наиболее часто реализуются через цепочку перестраховщиков. Поскольку со стороны правоохранительных органов будет наблюдаться встречный профессиональный интерес, не исключено, что будут создаваться недолго живущие компании и число специализированных перестраховщиков может возрасти. Если же говорить о росте числа перестраховочных компаний со своей системой контроля, андеррайтинга и первичного анализа, то это может дать положительный эффект. Хотя бы для обмена рисками с целью выравнивания убыточности по ОСАГО, связанной с различными территориальными коэффициентами.

— Какова оценка ФССН доли схемного страхования? Как видоизменились схемы?

— «Эксперт РА» оценивает долю в 9%. У нас менее оптимистичные данные — 10—15%. Для нас прогнозируемый рост этой доли на 10% в 2009 году — уже много. В 1998 и 2004 годах схемы в основном проводились через страхование жизни. Потом зарплатные схемы остались в отдельных видах страхования, например в страховании от несчастного случая спортсменов. В меньшей степени живет так называемая рыночная схема, так как она попала в методические материалы налоговых органов. Риэлторская схема также перестала работать. В основном схемы сохранились в страховании грузов, ответственности с последующим перестрахованием за рубежом или обналичкой в России. У нас есть серьезные опасения, что некоторые регионы России могут стать центрами, куда будут направляться схемные финансовые потоки.