В Красноярске раскрыто нашумевшее убийство пятилетней Полины Мальковой. Девочка пропала 19 марта 2007 года. Через десять дней ее изуродованное тело было найдено гуляющими детьми среди гаражей. Пока подробной информации по преступлению Следственный комитет РФ не представляет, однако планируется, что детали преступления станут известны уже к концу этого дня. Эксперты отмечают, что для предотвращения подобных трагедий необходимо внести кардинальные изменения в российское уголовное законодательство.
Это уже не первое убийство ребенка в Красноярске. 16 апреля 2005 года в городе пропали пятеро школьников в возрасте 9–12 лет – Максим Тауманов, Сафар Алиев, Гагаш Мамедгасанов, Александр Лавренов и Дмитрий Макаров. Дети были объявлены в федеральный розыск, поиски продолжались 21 день. 8 мая в Красноярске, в заброшенном коллекторе были найдены их обгоревшие останки. Установить причину смерти всех подростков и идентифицировать личность одного из них не удалось до сих пор. Кроме того, всего лишь за одну неделю декабря 2007 года в Красноярске исчезли четыре ребенка: 13-летняя Вика Малахова, 9-летний Сережа Буйков, 13-летний Игорь Паршиков и 12-летний Юрий Волегжанин. И это данные только по одному российскому городу!
На прошлой неделе представитель Следственного комитета РФ Владмир Маркин заявил, что количество тяжких преступлений против детей, в том числе изнасилований и убийств, с каждым годом неуклонно растет. По данным ведомства, за 2007 год зарегистрирована 161 тысяча таких преступлений. В результате 2500 детей погибли, здоровью 2786 детей причинен тяжкий вред.
Психологи отмечают, что рост количества подобных преступлений связан с тем, что в России педофилов и маньяков часто признают больными и после незначительного лечения выпускают на свободу, вместо того чтобы применять к ним серьезные меры наказания. «Я не удивлюсь, если выяснится, что в деле Полины Мальковой убийца ранее был осужден за менее тяжкое преступление, но вместо наказания был признан "невменяемым" и направлен на принудительное лечение в психиатрический стационар. Сегодня стандартная практика психиатрии заключается в том, чтобы лишать свободы лиц, преступлений не совершавших, и освобождать от уголовной ответственности людей, совершивших преступные действия. При этом диагностические критерии, на основании которых производятся эти действия, являются сугубо оценочными, не имеют под собой объективных оснований. Надо ли удивляться тому, что общество не может справиться с преступным поведением, а таких вот диких, не поддающихся ни пониманию, ни объяснению преступлений становится больше?» – сказал РБК daily сотрудник Гражданской комиссии по правам человека России и стран СНГ Азгар Ишкильдин.
Согласился с ним и психиатр-криминалист Михаил Виноградов. «Преступления против детей, как правило, совершаются двумя группами людей, – отметил он в беседе с РБК daily. – Одни выполняют заказы педофилов и крадут детей для них за определенную плату или услуги, другие – это непосредственно педофилы. Говорить, что эти люди нездоровы, – неверно! Тут важны другие категории – вменяем или невменяем человек? Чаще всего педофилы вменяемы, то есть они способны контролировать свои действия и отдавать себе отчет в том, что происходит. Их поступки являются следствием патологии мозга, которая требует реализации человека в насилии или агрессии». По словам эксперта, люди, совершающие подобные преступления, «жестоки и эгоистичны, они живут по своим представлениям об окружающем мире», но они точно так же, как и все остальные, должны отвечать по всей строгости закона.
По мнению экспертов, увеличение количества подобных преступлений связано с ростом уровня криминализации российского общества. «В последнее время растет количество не только убийств, но и краж, хулиганства и других преступлений. Это общая тенденция», – сообщил РБК daily директор Московского бюро по правам человека Александр Брод. По его словам, чтобы бороться с ростом количества преступлений против детей, необходимо решать социально-экономические проблемы в стране, а также делать все возможное, чтобы преступники чувствовали неотвратимость наказания.
В связи с этим специалисты отмечают необходимость внесения серьезных изменений в российское законодательство. «Милиция должна работать в отношении подобных преступников хотя бы так, как работала в советское время: тогда за лицами, расположенными к насилию, устанавливали наблюдение и держали их под контролем», – отметил г-н Виноградов. Однако самой главной мерой, по мнению психиатра, является ужесточение российского законодательства в отношении лиц, совершивших преступления против детей. «Сегодня максимальный срок для педофила – 4 года. Это смешно! Такие преступники должны получать не менее 10 лет тюрьмы. Более того, у нас процент по рецидивной насильственной преступности равен почти 100%. Это повод задуматься! При рецидиве, как и везде в Европе, таким преступникам надо давать пожизненный срок», – подчеркнул г-н Виноградов.
Эксперты отмечают, что российские власти не должны закрывать глаза на рост количества подобных преступлений и обязаны принять все возможные меры, чтобы защитить самую беззащитную часть общества – наших детей.
