Нехватка цемента — острая проблема строительной отрасли не только России, но и всего мира, заявил на прошлой неделе замруководителя Комиссии РСПП по строительному комплексу Артур Маркарян. А через два года, по его мнению, ситуация усугубится дефицитом рабочих кадров. Вряд ли, давая старт нацпроектам два года назад, в Кремле могли предугадать такие сложности. Впрочем, это едва ли было возможно. Структурные проблемы экономики, всплывшие на поверхность после первого этапа реализации нацпроектов, — неизбежное зло. Сохранение прежнего курса позволит бизнесу, федеральным и местным властям совместно исправить эти перекосы — но уже под присмотром нового президента.
Государственные программы превращают страну в настоящую стройку века. Речь не только о жилищном нацпроекте. Строительство олимпийских объектов в Сочи, Богучанской ГЭС в Сибири, новых дорог по всей стране — каждый из этих проектов может претендовать на статус национального. Причем не только по стоимости или масштабу, но и по воздействию на экономику. Например, еще в 2007 году строители забили тревогу из-за дефицита стройматериалов — и, как следствие, резкого роста цен на них. «Особенно острая сейчас проблема цемента. Нехватка цемента — проблема сейчас всего мира, а не только России, — заявил Артур Маркарян на заседании Комиссии по строительному комплексу РСПП. — Кроме того, на цене жилья отражается нехватка квалифицированных рабочих. Через два года будет острый дефицит квалифицированных строительных кадров».
С одной стороны, бум строительства и рост цен на сырье происходят не только в России, но и во многих других странах, чья экономика быстро развивается. Ведь строительство — это своего рода индикатор экономического роста. Но с другой, у российского рынка, в том числе и стройматериалов, есть свои характерные особенности. Например, огромные территории в значительной степени изолируют региональные рынки стройматериалов друг от друга: перевозка того же цемента на большие расстояния делает его слишком дорогим. Но даже там, где она возможна, мешают ограничения по пропускной способности железных дорог и приоритетность других грузов, например, зерна и угля. Наконец, строители не устают апеллировать к антимонопольному ведомству. Крупных игроков на рынке стройматериалов и так можно пересчитать по пальцам, а изоляция региональных рынков делает их практически полными хозяевами ситуации.
В результате все нацпроекты и федеральные программы, связанные со строительством, оказываются под угрозой. «При таких темпах роста себестоимости строительства она скоро будет реально подпирать первичный рынок жилья и заставит застройщиков повышать цены, — предупреждала в прошлом году Ассоциация строителей России. — Кроме того, не следует забывать, что в стране идет увеличение объемов строительства за счет бюджетных средств, в том числе так называемого социального жилья. Здесь нет прибыли застройщика, и себестоимость — важнейший фактор».
Чья же вина в том, что перекосы на отдельных рынках ставят под сомнение ключевые инициативы властей? Кремля или Белого дома? Возможно, но лишь отчасти. «Правительство должно быть центром выработки идеологии и стратегических планов, — заявил в своем выступлении перед Госсоветом президент Владимир Путин. — И утверждать федеральные программы с четкой постановкой задач, критериями оценки, объемом необходимых ресурсов, а не лезть в частности, не тонуть в ненужных деталях». По большому счету главное в нацпроектах — не только и не столько результат, сколько сам факт внимания государства к определенному набору проблем, признанию их ключевыми и толчка к их решению. Именно этой воли взглянуть на проблемы и запустить механизм их разрешения стране так не хватало в 90-е годы. Но реализация более мелких, локальных деталей зависит уже не только от политической воли верхов. Кому как не региональным властям знать особенности и недостатки своего рынка, кому как не антимонопольной службе бороться за его эффективность, кому как не бизнесу этот рынок развивать?
Тем не менее ослаблять внимание, ту самую политическую волю со стороны руководства страны, тоже нельзя. Владимир Путин признал, что ответственность все-таки в первую очередь лежит на государстве, из-за административных барьеров и препон на пути развития бизнеса. «Что делают центральные федеральные органы на местах, на территориях, при поддержке территориальных и местных органов — это просто ужас, — отметил он. — До сих пор ведь невозможно месяцами начать собственное дело. В каждое учреждение нужно ходить со взяткой: к пожарным, к санитарам, к гинекологам — к кому только ни нужно ходить, ужас какой-то просто!» Впрочем, в поиске виноватых можно долго ходить по кругу и прийти к выводу, что «виновата система», — столь же очевидному, сколь и банальному. Главный же вопрос заключается в другом: что намерены предпринять власти, чтобы исправить ситуацию?
Возможно, федеральным лидерам стоит признать, что первый этап реализации нацпроектов закончился. Жилья и школ действительно стали строить больше, причем не только в «оазисах» типа Москвы, но и в других регионах, кареты скорой помощи закуплены — далее по списку... Но этот первичный рывок обнажил более глубокие проблемы экономики, и рынок стройматериалов — лишь один из наиболее очевидных примеров. Второй этап реализации нацпроектов будет заключаться в том, чтобы запустить преобразования во «втором слое» проблем и так далее до тех пор, пока вся система не станет более работоспособной. Иными словами, идеология нацпроектов, курс новых властей сохраняются прежними, но усилия направляются на решение следующего пласта задач. В своем плане-2020 Владимир Путин сформулировал эту цель следующим образом: «Главная проблема сегодняшней российской экономики — это ее крайняя неэффективность. В целом, необходимо развитие рыночных институтов и конкурентоспособной среды, которая будет мотивировать предприятия снижать издержки, обновлять продукцию и гибко учитывать запросы потребителей».
Необходимость же спасать ситуацию уже сейчас потребует конкретных инициатив со стороны государства. Какими будут эти шаги — будет зависеть от нового президента, но некоторые идеи есть уже сейчас. Например, московские власти предложили федеральному правительству разработать механизм установления «рекомендованных цен» на цемент для строительства по государственному и муниципальному заказу, по государственным и региональным программам развития. К таким, в частности, можно отнести олимпийскую стройку в Сочи, инфраструктурные проекты и социальное жилье. Цемент можно закупать централизованно, подобно тому, как для государственных нужд закупается продовольствие. В Москве подобная система выстроена через ГУП «Мосстройресурс».
Однако подобные «интервенции» решат лишь половину проблемы. Властям предстоит сломать изоляцию между региональными рынками, стимулировать импорт стройматериалов туда, где сегодня наблюдается их дефицит. К слову, первый шаг для этого уже сделан: правительство на девять месяцев обнулило ввозную пошлину на цемент. Понадобится также разведка новых месторождений сырья для строительной отрасли, строительство новых производств. Параллельно можно внедрять технологии, снижающие использование цемента в строительстве. По данным экспертов, уже сейчас существуют технологические разработки, которые позволяют снизить потребление цемента на треть. Но самое главное — необходимо развитие собственной промышленности стройматериалов на долгосрочную перспективу.
Сегодня многие девелоперы и строительные компании пытаются развивать такие производства с нуля или модернизировать уже существующие. Вполне возможно, что от окончательной монополизации цементный рынок спасет как раз нацпроект, поскольку благодаря ему на отрасль обратило внимание государство. По мере реализации крупнейших проектов это внимание будет лишь расти, вместе с осознанием необходимости развивать отрасль. А режим благоприятствования со стороны властей — это, безусловно, позитивный знак для крупных компаний. Правда, этот знак должен подаваться постоянно, а для этого необходимо, чтобы новое руководство страны исповедовало прежние ценности и следовало в прежнем направлении. Это особенно важно, поскольку в силу специфики отрасли этот процесс займет не год и не два. Новые производства требуют «длинного» капитала, а значит, большей уверенности бизнеса в стабильности, в завтрашнем дне. А кроме властей обеспечить эту уверенность некому.
